Белинский Виссарион Григорьевич
Цитаты, афоризмы, изречения - Россия

 

Белинский Виссарион Григорьевич (1811 — 1848).

 

Родился в крепости, близ Хельсинки, в Финляндии, в семье флотского фельдшера. В 1816 г семья переехала в уездный город Чембар Пензенской губернии, где отец Бе­линского стал служить лекарем. В 1822—1824 гг. Белинский учился в Чембар- ском уездном училище, а потом еще четыре года — в Пензенской гимназии, после чего в 1829 г поступил на словесное отделение Московского универси­тета. В 1831 г выступил с первыми стихами и рецензией на драму А. С. Пуш­кина «Борис Годунов» в журнале «Листок». На следующий год был исключен из университета за «дурное направление мыслей», обнаруженное в написан­ной им трагедии «Дмитрий Калинин». В 1833 г появились критические лите­ратурные статьи Белинского в журнале «Телескоп», а на следующий год в га­зете «Молва» была напечатана первая большая его статья «Литературные меч­тания», отличавшаяся целостностью концепции, основанной на трудах немецких философов Канта, Фихте и Гегеля. В 1837 г он уехал в Пятигорсклечиться от туберкулеза и там познакомился с М. Ю. Лермонтовым. Осенью 83^ г. Белинский переехал в Санкт-Петербург, где стал работать в «Отече­ственных записках», сотрудничая с А. И. Герценом, И. С. Тургеневым. В эти годы он, по общему признанию, стал лучшим литературным критиком Рос­сии. Разойдясь с редактором «Отечественных записок» А. А. Краевским в воп­росах мировоззренческих, Белинский ушел из журнала. С начала 1847 г. и до конца своих дней руководил отделом критики в журнале «Современник», ре­дактором которого в эти годы был Н. А. Некрасов. Из-за обострения тубер­кулеза с мая по октябрь 1847 г. лечился за границей, где встретился с Герце­ном. В июне 1847 г. он написал «Письмо к Гоголю», в котором дал резко от­рицательную оценку его книге «Выбранные места из переписки с друзьями». Важнейшими сочинениями Белинского оставались ежегодные журнальные обзоры состояния русской литературы; практически ни одно значительное явление в русской литературе не проходило мимо его внимания и принципиальной оценки                                                                                                                        

Умер в Санкт-Петербурге.

 

 

Апатия и лень — истинное замерзание души и тела.

Без глубокого нравственного чувства человек не может иметь ни люб­ви, ни чести, — ничего, чем человек есть человек.

Без здоровья невозможно и счастье.

...Без страстей и противоречий нет жизни, нет поэзии. Лишь бы только в этих страстях и противоречиях была бы разумность и человечность, и их результаты вели бы человека к его цели.

Без стремления к бесконечному нет жизни, нет развития, нет професса.

Без цели нет деятельности, без интересов нет цели, а без деятельности нет жизни. Источник интересов, целей и деятельности — субстанция общественной жизни.

Борьба есть условие жизни: жизнь умирает, когда оканчивается борьба.

Брак есть двойственность любви. Любить истинно может только впол­не созревшая душа, и в таком случае любовь видит в браке свою высо­чайшую награду и при блеске венца не блекнет, а пышнее распускает свой ароматный цвет, как при лучах солнца...

В важных делах жизни всегда надо спешить так, как будто бы от поте­ри одной минуты должно было все погибнуть.

Вдохновение не есть исключительная принадлежность художника: без него недалеко уйдет и ученый, без него немного сделает даже и ремес­ленник, потому что оно везде, во всяком деле, во всяком труде.

Величайшее сокровище — хорошая библиотека.

Видеть и уважать в женщине человека не только необходимое, но и главное условие возможности любви для порядочного человека нашего времени.

Видеть прекрасно изданную пустую книгу так же неприятно, как ви­деть пустого человека, пользующегося всеми материальными благами жизни.

Воспитание — великое дело: им решается участь человека.

В словах «бог» и «религия» вижу тьму, мрак, цепи и кнут.

Всякая благородная личность глубоко сознает свое кровное родство, свои кровные связи с отечеством.

Всякая крайность есть родная сестра офаниченности.

Всякая любовь истинна и прекрасна по-своему, лишь бы только она была в сердце, а не в голове.

Всякие бывают люди и всякие страсти. У иного, например, всю страсть, весь пафос его натуры составляет холодная злость, и он только тогда и бывает умен, талантлив и даже здоров, когда кусается.

Всякое достоинство, всякая сила спокойны именно потому, что увере­ны в самих себе.

Гадок наглый самохвал; но не менее гадок и человек без всякого созна­ния какой-нибудь славы, какого-нибудь достоинства.

Где нет полной откровенности, полной доверенности, где скрывается хотя малость какая-нибудь, там нет и не может быть дружбы.

Гибнет в потоке времени только то, что лишено крепкого зерна жиз­ни и что, следовательно, не стоит жизни.

Дело не в слове, а в тоне, в каком это слово произносится.

Для любви нужно разумное содержание, как масло для поддержки огня.

Для низких натур ничего нет приятнее, как мстить за свое ничтожество, бросая фязью своих воззрений и мнений в святое и великое.

Друг мне тот, кому все могу говорить.

Дружба, подобно любви, есть роза с роскошным цветом, упоительным ароматом, но и с колючими шипами.

Если б выбор в любви решался только волею и разумом, тогда любовь не была бы чувством и страстью. Присутствие элемента непосредствен­ности видно и в самой разумной любви, потому что из нескольких равно достойных лиц выбирается только одно, и выбор этот основывается на невольном влечении сердца.

Есть много родов образования и развития, и каждое из них важно само по себе, но всех их выше должно стоять образование нравственное.

 

Если бы вся цель нашей жизни состояла в нашем личном счастии, а наше личное счастие заключалось бы только в одной любви, тогда жизнь была бы действительно мрачною пустынею... Но хвала вечному разуму, хвала попечительному промыслу! Есть для человека и еше великий мир жизни, кроме внутреннего мира сердца, — мир исторического созерца­ния и общественной деятельности.

Желание смерти показывает самое ложное и призрачное состояние духа

Жена — не любовница, но друг и спутник нашей жизни, и мы заранее должны приучиться к мысли любить ее и тогда, когда она будет пожи­лою женщиною, и тогда, когда она будет старушкою.

Жизнь — ловушка, а мы мыши; иным удается сорвать приманку и вый­ти из западни, но большая часть гибнет в ней, а приманку разве поню­хают. Глупая комедия, черт возьми.

Жить — значит чувствовать и мыслить, страдать и блаженствовать, вся­кая другая жизнь — смерть.

Из всех дурных привычек, обличающих недостаток прочного образова­ния и излишества добродушного невежества, самая дурная — называть вещи не настоящими их именами.

Из всех критиков самый великий, самый гениальный, самый непогре­шимый ~ время.

Из всех родов славы самая лестная, самая великая, самая неподкупная слава народная.

Из всех страстей человеческих, после самолюбия, самая сильная, самая свирепая — властолюбие.

Искусство без мысли, что человек без души — труп.

Истина выше людей и не должна бояться их.

Истинного и сильного таланта не убьет суровость критики, так же как незначительного не подымет ее привет.

Какова бы ни была деятельность, но привычка и приобретаемое через нее умение действовать — великое дело. Кто не сидел сложа руки и тогда, как нечего было делать, тот сумеет действовать, когда настанет для этого время.

Клевета не всегда бывает действием злобы: чаще всего она бывает пло­дом невинного желания рассеяться занимательным разговором, а иног­да и плодом доброжелательства и участия столь же искреннего, сколь и неловкого.

Книга есть жизнь нашего времени, в ней все нуждаются — и старые, и малые.

Кому нечего сказать своего, тому лучше молчать.

Кто не принадлежит своему отечеству, тот не принапежит и человечеству

Кто резко высказывает свои мнения о чужих действиях, тот обязывает эти.м и самого себя действовать лучше других.

Любовь дается только любви.

Любовь имеет свои законы развития, свои возрасты, как жизнь челове­ческая. У нее есть своя роскошная весна, свое жаркое лето, наконец, осень, которая для одних бывает теплою, светлою и плодотворною, для других — холодною, гнилою и бесплодною.

Любовь и уважение к родителям без всякого сомнения есть чувство свя­тое.

Любовь столь сильна, что творит непостижимое, торжествует над вечно неизменными условиями пространстгш и времени, над бессилием пло­ти, младенцу дает львиную силу.

Любовь часто ошибается, видя в любимом предмете то, чего нет, но иногда только любовь же и открывает в нем прекрасное или великое, которое недоступно наблюдению и уму.

Люди обыкновенно не столько наслаждаются тем, что им дано, сколь­ко горюют о том, чего им не дано.

Люди умирают для того, чтобы жило человечество.

Меркою достоинства женщины может быть мужчина, которого она лю­бит.

Много людей живет, не живя, но только собираясь жить.

Мужчина с женоподобным характером есть самый ядовитый пасквиль на человека.

Мы вопрошаем и допрашиваем прошедшее, чтобы оно объяснило нам наше настоящее и намекнуло о нашем будущем.

Над обществом имеют прочную власть только идеи, а не слова.

Найти свою дорогу, узнать свое место — в этом все для человека, это для него значит сделаться самим собою.

Не надо и в шутку лгать и льстить. Пусть думает о тебе всякий, что ему угодно, а ты будь тем, что ты есть.

Нет ничего опаснее, чем связывать свою участь с участью женщины за то только, что она прекрасна и молода.

Нет ничего святее и бескорыстнее любви матери; всякая привязанность, всякая любовь, всякая страсть или слаба, или своекорыстна в сравне­нии с нею.

Нет преступления любить несколько раз в жизни, и нет заслуги любить только один раз: упрекать себя за первое и хвастаться вторым — равно нелепо.

Нет столь дурного человека, которого бы хорошее воспитание не сде­лало лучшим.

Нехорошо болеть, еще хуже умирать, а болеть и умирать с мыслью, что ничего не останется после тебя на свете, — хуже всего.

Никакой человек в мире не родится готовым, то есть вполне сформи­ровавшимся, но всякая его жизнь есть не что иное, как беспрерывно движущееся развитие, беспрестанное формирование.

Патриотизм, чей бы то ни был, доказывается не словом, а делом.

Подлецы потому и успевают в своих делах, что поступают с честными людьми, как с подлецами, а честные люди поступают с подлецами, как с честными людьми.

 

По моему кровному убеждению, союз брачный должен быть чужд всякой публичности, это дело касается только двоих — больше ни­кого.

 

Поприще женщины — возбуждать в мужчине энергию души, пыл бла­городных страстей, поддерживать чувство долга и стремление к высо­кому и великому — вот ее назначение, и оно велико и священно.

 

Поэзия есть высший род искусства.

 

Пусть дитя шалит и проказит, лишь бы его шалости и проказы не были вредны и не носили бы на себе отпечатка физического и нравственно­го цинизма.

Пьют и едят все люди, но пьянствуют и обжираются только дикари.

Разум дан человеку для того, чтобы он разумно жил, а не для того толь­ко, чтобы он видел, что неразумно живет.

...Разум и чувство — две силы, равно нуждающиеся друг в друге, мерт­вы и ничтожны они одна без другой.

Слово отражает мысль: непонятна мысль — непонятно и слово.

Смех часто бывает великим посредником в деле отличения истины от лжи.

Создает человека природа, но развивает и образует его общество.

Создать язык невозможно, ибо его творит народ: филологи только от­крывают его законы и приводят в систему, а писатели только творят на нем сообразно с сими законами.

Способность творчества есть великий дар природы; акт творчества в душе творящей есть великое таинство; минута творчества есть минута великого священнодействия.

Страсть есть источник всякой живой плодотворной деятельности.

Страсть есть поэзия и цвет жизни, но что же в страстях, если у сердца не будет воли.

Суеверие проходит с успехом цивилизации.

...Только счастье есть мерка и поверка любви.

Труд облагораживает человека.

Убеждение должно быть дорого потому только, что оно истинно, а со­всем не потому, что оно наше.

У души, как у тела, есть своя гимнастика, без которой душа чахнет, впа­дает в апатию бездействия.

У истинного таланта каждое лицо — тип, и каждый тип для читателя есть знакомый незнакомец.

Ум — это духовное оружие человека.

Употреблять иностранное слово, когда есть равносильное ему русское слово, — значит оскорблять и здравый смысл, и здравый вкус.

Ученик никогда не превзойдет учителя, если видит в нем образец, а не соперника.

Хорошо быть ученым, поэтом, воином, законодателем и проч., но худо не быть при этом человеком.

Человек не зверь и не ангел; он должен любить не животное и не пла­тонически, а человечески.

Человек страшится только того, чего не знает; знанием побеждается всякий страх.

Человек ясно выражается, когда им владеет мысль, но еще яснее, ког­да он владеет мыслию.

Честные люди всегда имеют дурную привычку со стыдом опускать гла­за перед наглостью и нахальною подлостью.

Что русский язык — один из богатейших языков в мире, в этом нет никакого сомнения.

Чувство гуманности оскорбляется, когда люди не уважают в других че­ловеческого достоинства, и еще более оскорбляется и страдает, когда человек сам в себе не уважает собственного достоинства.

Чувство — огонь, мысль — масло.

Чувство само по себе еще не составляет поэзии; надо, чтобы чувство было рождено идеею и выражало идею. Бессмысленные чувства — удел животных; они унижают человека.

Школа несчастья есть самая лучшая школа.

 
 
     
 
     
 
     
@Mail.ru