sape
БДСМ и Фетиш Купить БДСМ Фетиш.
Апулей (ок. 124—?).
Цитаты, афоризмы, изречения - Древний Рим

 

Апулей (ок. 124—?).


Родился в городе Мадавра, в Северной Африке. Происходил из богатой семьи, давшей ему прекрасное образование. Писал на греческом и латинском языках. Учился в Карфагенском университете, который он назвал «досточтимым учителем провинции и небесной музой Африки». Окончив университет, Апулей уехал в Афины, где изучал математику и философию, одновременно пробуя свои силы в музыке и поэзии. Здесь он стал ярым поклонником Платона и потом, став признанным писателем, добавлял к своему имени в заглавии произведений «платонин из Мадавра». Увлекался оккультизмом, который изучал в Малой Азии, затем на острове Самос, в Египте и Сирии. Смесь платонизма с мистицизмом являлась главной чертой его мировоззрения.

Завершив путешествия, он приехал в Рим, где занялся адвокатской практикой, но потерпел неудачу, уехал в Африку и поселился в Карфагене, где и прожил до самой смерти.

Апулей написал наполненный мистицизмом роман в одиннадцати книгах, названный им «Метаморфозы», более известный нам под названием «Золотой осел», сборник судебных речей и риторических декламаций, дошедших до нас в отрывках.

В романе «Золотой осел» Апулей поместил одиннадцать вставных новелл, среди них сказку об Амуре и Психее, которую в России перелагали И. Ф. Богданович, С. Т. Аксаков и другие писатели. Различные сюжеты романа заимствовали такие известные европейские писатели более позднего времени, как Боккаччо и Сервантес, Филдинг и Смоллетт.



Все, чем бы ты в жизни ни пользовался, оказывается скорее обременительным, чем полезным, если только выходит за пределы целесообразной умеренности.

...Если бы показания глаз имели большую силу, чем свидетельства разума, то пальму первенства в мудрости пришлось бы присуждать несомненно орлу.

Жизнь есть сочетание меда и желчи.

Каждый человек в отдельности смертен, человечество же в целом бессмертно.

Не дано увидеть те силы, которые позволено только ощущать.

Не на то надо смотреть, где человек родился, а каковы его нравы, не в какой земле, а по каким принципам решил он прожить свою жизнь.

Нет в мире ничего, что могло бы достичь совершенства уже в зародыше, напротив, почти во всяком явлении сначала — надежды робкая простота, потом уж — осуществления бесспорная полнота.

Нет для меня уважения дороже, чем уважение человека, которого сам больше всех по заслугам уважаю.

Обвинить можно и невинного, но обличить — только виновного.

Пифагор первый, кто дал философии ее имя.

Прекращение деятельности всегда приводит за собой вялость, а за вялостью идет дряхлость.

Собственная нравственная нечистоплотность — это знак презрения к самому себе.

Стыд и честь — как платье: чем больше потрепаны, тем беспечнее к ним относишься.

То, что мы знаем, — ограничено, а что не знаем — бесконечно.

Храбрость занимает среднее место между самонадеянной отвагой и робостью.


 
 
     
 
     
 
     
@Mail.ru