Информационно-психологические войны
Психотехники - Технологии психического воздействия


«Война…есть явление гипнотической власти коллектива над личностью».
Н.А.Бердяев



Информационно-психологические  войны.


— понятие.

— поле действия.

— основные модели использования.

— психологические эффекты применения.

— средства ведения психологических войн.

— концепция России в информационных войнах.

— идеологически-пропагандистские мероприятия.

— исторические примеры использования.

— схемы психологических операций.

Психологическая война инициируется с целью воздействия на массовое сознание. В психологической войне используется расширенный арсенал манипулятивных методик, направленных на формирования общественного мнения в нужном манипуляторам ключе. Для этого используются различные способы пропаганды и идеологической обработки граждан. Цель психологической войны — достижение устойчивого результата в формировании общественного мнения, закладывание установок и паттернов поведения в подсознание масс; в последствие, при воздействии на такие установки, происходит управление массовым психическим сознанием.

В психологических войнах используются средства массовой коммуникации, информации и пропаганды, с помощью которых происходит идеологическая обработка психического сознания. Психологическая война, в отличие от войн, в которых задействуется военная техника, происходит информационным способом, который намного эффективней по охвату аудитории и не причинении разрушений материальным средствам, которые после победы можно использовать в своих целях. По нашему мнению, не следует отделять понятия психологических войн от информационных, потому как это суть одного и того же процесса.

Основной удар в результате информационно-психологических войн обрушивается на психику масс. Таким образом происходит формирование общественного мнения. На данную особенность обращали внимание идеологи, потому как понимали, что сформированные соответствующим образом установки в массах — способны в итоге изменить жизнь человека, то есть изменить, если потребуется, социальный уклад населения и общественный строй.  «Сила привычки миллионов и десятков миллионов — самая страшная сила», — писал В.И.Ленин[48]. Приводя цитату В.И.Ленина мы должны заметить, что труды Ленина до конца не изучены, особенно в контексте произошедшей с нашей страной действительности после победы Запада в психологической войне 1917-1991 годов. Необходимо помнить, что в настоящее время не прекращается война Запада против России. Информационно-психологическая война. И методы ведения такой войны оказываются эффективнее применения любых видов оружия (включая оружие массового поражения).

Начало войны Запада против России произошло сразу после образования СССР. Тогда, после революции 1917 года, президент США Вудро Вильсон считал, что «все белогвардейские правительства на территории России должны получить помощь и признание Антанты; Кавказ — это часть проблемы Турецкой империи; Средняя Азия должна стать протекторатом англосаксов; в Сибири должно быть отдельное правительство, а в Великороссии — новое (то есть не советское). После победы над «красной чумой» Вильсон планировал отправить в Россию отряды из молодежных христианских ассоциаций «для морального обучения и руководства русским народом”. В 1918 г. американские войска вошли во Владивосток и пробыли там до 1922 года. В Архангельске американцы посадили в концлагерь 38 тысяч человек, 8 тысяч из которых были расстреляны и еще одна тысяча умерла от голода и избиений. Еще 23 декабря 1917 года Клемансо, Пишон и Фош от Франции, лорды Мильнер и Сесиль от Англии заключили тайную конвенцию о разделе сфер влияния в России: Англии — Кавказ, Кубань, Дон; Франции — Бессарабия, Украина, Крым. США претендовали на Сибирь и Дальний Восток. На географической карте, подготовленной госдепартаментом США для американской делегации на Парижской конференции, было отмечено: Россия — только Среднерусская возвышенность. Прибалтика, Белоруссия, Украина, Кавказ, Сибирь и Средняя Азия превращались в  «самостоятельные» и «независимые» государства.

Хорошо известна директива 1945 года Алена Даллеса в отношении СССР.

«Правительство вынуждено в интересах развернувшейся ныне политической войны наметить более определенные и воинственные цели в отношении России, — писал А.Даллес. —…Наши основные цели в отношении России, в сущности, сводятся всего к двум:

а) Свести до минимума мощь и влияние Москвы;

б) Провести коренные изменения в теории и практике внешней политики, которых придерживается правительство, стоящее у власти в России.

…наша цель — свержение Советской власти… Мы должны ожидать, что различные группы предпримут энергичные усилия, с тем чтобы побудить нас пойти на такие меры во внутренних делах России, которые свяжут нас и явятся поводом для политических групп в России продолжать выпрашивать нашу помощь. Следовательно, нам нужно принять решительные меры, дабы избежать ответственности за решение, кто именно будет править Россией после распада советского режима».

«Мы не можем победить Советский Союз в обычной войне, — сказал Джон Кеннеди в 1961 году при вступлении в должность президента США. — Это неприступная крепость. Мы можем победить Советский Союз только другими методами: идеологическими, психологическими, пропагандой, экономикой».

Заметим, что войны, за счет воздействия на психику масс, существовали во все времена. В 20-м и 21-м веке информационно-психологические войны за счет роста коммуникативных технологий перешли на новый этап собственного развития. И поэтому мы можем говорить о том, что победу в той или иной войне достигнет та страна, в которой более развита пропаганда. «На первое место выдвинулись сражения за умы людей, за создание «правильного» общественного мнения, за контролирование информационных потоков. Как говорил американский генерал Дж. Шаликашвили: «Мы не побеждаем, пока CNN не сообщает о том, что мы побеждаем». В связи с этим уместно вспомнить тот факт, что бомбардировка американской авиацией Ливии в 1986 году была приурочена точно к началу вечерних информационных выпусков в США. «Миротворческие операции» последних лет изначально ставятся как телевизионные проекты. Они были бы не нужны, если бы они не могли быть  показаны по телевидению».

Пропаганда служит формированию идеологической составляющей того или иного социального строя, и направлена на изменения сознания масс — в нужном манипуляторам от власти ключе. То есть подобное формирование целиком и полностью лежит в зоне воздействия манипулятивных технологий на сознание масс, с целью изначального формирования необходимых установок в подсознании индивида и масс, и уже далее, такие установки формируют соответствующие паттерны поведения, которые и влияют на сознание народа, а значит влияют на мысли и поступки как и отдельных индивидов, так и индивидов, объединенных в массы. При этом заметим, что точно также и идеология — есть целенаправленное и методичная обработка сознания масс в целях установок правящей элиты.

При осуществлении массового воздействия на сознание масс активно используются возможности современных средств массовой коммуникации. При этом следует говорить о монопольном характере различных корпораций телевидения, прессы, кино, и проч. По данным Д.А.Волкогонова (1983), свыше 80% информации, поступающей в эфир и на газетные страницы, дают четыре крупнейших телеграфных агентства капиталистического Запада: Ассошиэйтед Пресс, Юнайтед Пресс Интернэшнл, Рейтер и Франс Пресс. Только эти агентства в сутки снабжают 110 стран мира информацией объемом свыше 40 миллионов слов. В настоящее время следует отделять то, что мы привыкли понимать под СМИ — как средствами массовой информации, и средствами массовой коммуникации, СМК, включающим помимо печати, радио и телевидения (СМИ), еще и такие формы коммуникативного воздействия на массы как кино (роль кино как пропаганды хорошо известна; на это обращал внимание еще Ленин), театры (вспомним роль театра в работах профессора Г.Шиллера (1984), рекламно-идеологические плакаты в общественных местах, информацию на видео— (дисках) и аудио-носителях, книги, а также иные средства воздействия на сознание-подсознание масс — с целью переориентации имеющихся в массах общих знаний на знания, соответствующие тем или иным установкам власти. Ничего не делается в этом мире «просто так». Всегда, когда перед сознанием масс проходит какая-либо установка (в виде видео-образа, посредством ТВ-вещания, или иным каким способом массового воздействия, те же плакаты-растяжки на улицах, напр.), это означает, что есть некто, кто заинтересован в том, чтобы «донести» до сознания масс информацию подобного рода. В качестве заинтересованных лиц могут выступать бизнес и власть (в России эти понятия взаимосвязаны).

В.Г.Крысько (1999) характеризует психологические войны как совокупность различных форм, методов и средств воздействия на людей с целью изменения их взглядов, мнений, ценностных ориентаций, настроений, установок, стереотипов поведения и т.п. Термин «психологическая война» ввел в обиход американский разведчик Поль Лайнбарджер, выпустивший в 1948 году книгу с одноименным названием. «Психологическая война в широком смысле слова представляет собой использование основ психологии в военном деле, — писал Поль Лайнбарджер. — В узком смысле психологическая война представляет собой использование пропаганды в вооруженной борьбе одновременно с ведением таких боевых действий, которые дополняют пропаганду. В свою очередь пропаганда может быть определена как организованное убеждение без применения насильственных мер. Сама война, наряду с другими мерами, может рассматриваться как воздействие и убеждение с помощью насилия. Если, например, мы разрушаем авиацией один из городов, то этим самым рассчитываем заставить людей, лишенных материальных средств, прекратить сопротивление. Если же мы тут же сбросим листовки с предложением о сдаче в плен, то в этом случае пропаганда явится продолжением убеждения — на этот раз менее насильственного…, однако являющегося неотъемлемой частью единого процесса, цель которого состоит в том, чтобы заставить противника прекратить борьбу».

П. Лайнбарджер (1962) вводил необходимость появления в армии психологов.

«Во-первых, психолог может указать на такие особенности человеческого разума, которые обычно остаются незамеченными, — писал П. Лайнбарджер. — Он может сказать, каким образом страсти можно превратить в негодование, личную находчивость — в массовую трусость, трения — в недоверие, предрассудки — в ярость. Психолог достигает этого, обращаясь к подсознательным чувствам человека, которые служат ему исходным материалом.

Во-вторых, психолог может подсказать методы определения морального состояния противника… При помощи обычных статистических выкладок и на основании опроса небольшой выборочной группы пленных психолог может дать оценку морального состояния войск противника в данный момент на всем театре военных действий. При отсутствии пленных он может достичь почти таких же результатов путем анализа информационных сообщений и пропаганды противника, рассчитанной на свои войска и население…

В-третьих, психолог может оказать помощь оперативным работникам, ведущим психологическую войну, в оценке решаемых ими задач и в соблюдении чувства меры. Ничто не может так повредить пропаганде, как ведение ее людьми ради назидания от собственного имени. Эта бесплодная забава может привести к полному провалу пропаганды как таковой. Известно, что возможность дать ответ противнику доставляет большое удовлетворение. Пропагандист, особенно в военное время, старается говорить противнику все, что он о нем думает… Пропагандист не должен говорить противнику таких вещей. Личные эмоции он обязан держать при себе. Психолог может научить пропагандиста быть объективным, последовательным и хладнокровным.

Наконец, психолог может порекомендовать средства и методы ведения пропаганды: радио, листовки, громкоговорящие установки, а также распространение слухов, обратную засылку пленных и т. д. Психолог укажет, когда можно и когда нельзя применять то или иное средство. Он совместно с офицерами-оперативниками и разведчиками может выработать план наилучшего использования всех имеющихся средств психологического воздействия».

«...Пропаганда, —замечает Лайнбарджер, — может стать действительным оружием психологической войны, научной по духу и превращенной в искусство, если… проведение пропагандистских операций будет… контролироваться на основе научных методов. Из наук психология стоит всех ближе к пропаганде…».

Решающее значение для успеха психологической войны имеет недопущение консолидации государств или политических групп, организация постоянного противостояния и войны всех против всех. Для этого необходимо разукрупнение стран-противников, создание карликовых государств с марионеточными правительствами. Наибольшему давлению всегда подвергаются крупные мощные государства с целью их развала. При этом важное значение имеет формирование в этих странах пятой колонны. Пятая колонна может действовать под видом борцов за права человека, за чистоту окружающей среды, за равноправие мужчин, женщин, животных и т.д. Главной задачей пятой колонны является дестабилизация обстановки в государстве. Таким образом в конце ХХ века невоенными методами удалось разрушить все три славянских силовых центра: СССР, Чехословакию, Югославию. (А.М.Морозов, 1996).

Как мы уже заметили, специфика ведения психологических войн накладывает отпечаток на действие вражеских сил как со стороны внешней угрозы, так и угрозы внутри страны. Во время существования Советского Союза, на всем протяжении его существования, велась подрывная работа Запада в отношении граждан СССР. Для этого использовались различные методы, в частности, методы экономические, заставлявшие усиливать гонку вооружений, чтобы меньшие средства были направлены на улучшение жизни граждан внутри страны, что должно было спровоцировать негатив и рост протеста внутри жителей СССР; такой протест раздувался действиями представителей пятой колоны, активно финансированной Западом, в том числе и через издание литературы, запрещенной в СССР), и политические методы (хотя в вопросе ведения психологической войны любые методы фактически взаимосвязаны).

В Постановлении одного из последних предперестроечных[56] Пленумов ЦК КПСС подчеркивалось, что «против Советского Союза, стран социализма ведется беспрецедентная по своим масштабам и оголтелости психологическая война. Не гнушаясь ложью и клеветой, буржуазная пропаганда стремится очернить социалистический строй, подорвать социально-политическое и идейное единство нашего общества». Для ведения такой войны против СССР — США ежегодно расходовала более 7 млрд. долларов.

Д. А. Волкогонов (1983), уточняя механизмы ведения информационно-психологических войн в мирное и в военное время,  отмечает, что психологическая война ведется как в мирное, так и в военное время. В мирное время ее диапазон более широк. Она охватывает политические, нравственные, правовые, эстетические формы сознания, а также сферу культуры. Психологическая война направлена на различные общности и коллективы: производственные, научные, художественные, творческие, военные. В мирное время психологическая война выступает одним из конкретных средств воздействия на морально-политический потенциал противостоящей социальной системы. В современных условиях в результате быстрого прогресса в области средств массовой информации возможности обоюдного духовного воздействия существенно увеличились. Возросшее количество непосредственных человеческих контактов, увеличение технического, научного, культурного обмена между государствами двух систем объективно создают больше условий для прямого столкновения мировоззрений, социально-политических взглядов. Соответствующие идеологические органы стремятся максимально использовать это обстоятельство для усиления своих идеологических и психологических диверсий.

Исходя из того что Запад выиграл психологическую войну против СССР, мы должны анализировать те средства ведения войны, которые использовал победитель.

Сейчас у нас есть возможность сравнить методы, используемые Западом, с тем что, как мы знаем, происходило на самом деле. Д.А.Волкогонов (1983) замечает, что в ходе психологической войны в мирное время идеологические органы империализма преследуют вполне определенные цели. Во-первых, внесением в общественное и индивидуальное сознание социалистического общества враждебных идей, взглядов, представлений они пытаются расшатать морально-политическое единство советского народа, ослабить интернациональное единство братских стран социализма. В одном из инструктивных документов Управления по международным связям США принятом в 1981 г., говорится, что свободная информация, которую США должны направлять в страны коммунистического блока, призвана максимально ослаблять влияние марксистской идеологии. Содержание радиопередач и печатной продукции, направляемой на социалистические страны, были подчинены главному — идеологически ослабить социализм. Во-вторых, с помощью акций психологической войны происходит дезориентация людей. Для этого создан огромный комплекс политической дезинформации, нацеленный на внесение в социалистическое общественное сознание ложных идей, чуждых взглядов, иллюзий, мифов, искаженных представлений. В ведущих кап. странах для внесения дезинформации в умы советских граждан работали десятки крупных радиостанций общим объемом вещания многие сотни часов в сутки. Установки были следующие:  осведомленного человека превратить в неосведомленного, информированного — в дезинформированного, убежденного — в сомневающегося. В-третьих, операции психологической войны должны были ослабить роль коммунистических идеалов, убеждений, образа жизни, морали, и заменить их западными «ценностями»: индивидуализмом, эгоизмом, национализмом, частнособственническими интересами. Для этого широко использовались мифы о «свободе личности», «правах человека», «демократии». При этом западные диверсанты старательно умалчивали о том, что на Западе развиты: расизм и национализм, преступность, безработица.

Победив в психологической войне 1917-1991 годов, Запад не оставил попыток навязать свои установки нашей стране. Происходит подобное путем непрекращающихся атак в идеологической сфере. Победу в подобной войне противник видит в духовной экспансии, навязывании западного образа жизни. Мы не будем сейчас приводить примеры, которым пользуется враг в настоящее время, это тема отдельного исследования, и продолжим рассматривать теоретическую базу ведения подобного рода войн. Войн, названных информационно-психологическими, потому как в результате использованных в результате ведения подобных войн методов и способов достижения результата, происходит целенаправленное и методичное воздействие на психическое сознание масс путем различной информации. И основной удар приходится на подсознание. Потому как еще со времен Фрейда было известно, что задействование сублиминальных, подкорковых слоев сознания, оказывает в итоге свою исключительно результирующую роль в характере последующих поступков как индивида так и поведения масс. А с помощью средств массовой коммуникации удается охватить огромнейшую территорию.

Воздействие на массовое психическое сознание является самым результативным фактором управления массами. Как мы заметили, подобное воздействие происходит на бессознательное психики индивида и масс. Рассматривая вопрос существования бессознательного в психике индивида, Фрейд отмечал, что существуют латентные мысли, которые не проникают в сознание. Такие мысли он называл бессознательными, как мысли, находящиеся вдали от сознания, мысли, не проникающие в сознание. «…каждый психический акт, — писал Фрейд[59], — начинается как бессознательный и может  таким и остаться или же, развиваясь дальше, проникнув в сознание, в зависимости от того, наталкивается он на сопротивление или нет».

Фрейд рассматривал структуру психики как сочетание сознания (Я), бессознательного (Оно), и цензуры психики (Сверх-Я). Именно бессознательному Фрейд уделял основную роль как в психике, так и проекции психики на окружающий мир. Одним из доводов в пользу существования бессознательного в психике, Фрейд называл возможность управления сознанием посредством воздействия на бессознательное, на подсознание[60]. При этом важно говорить о том, что подобное воздействие может быть применено как в лечебных целях (и тогда психоанализ Фрейда мы рассматриваем как психотерапевтическую методику), так и в целях воздействия на подсознание для управления массами (в этом случае ведем речь о прикладном психоанализе). Заметим, что в конце жизни Фрейд рассматривал психоанализ именно как метод воздействия на массы. Правда бывшие ученики не пошли за учителем, замкнувшись на лечебном (психотерапевтическом) психоанализе

«Сегодня мы должны откровенно признаться — частично мы предали нашего Бога и отреклись от его Завета, — пишет проф. В. А. Медведев, метафорически обыгрывая имя Фрейда, как Бога для психоаналитиков. — Психоанализ, задуманный им как глобальный исследовательский проект по созданию некоей «метапсихологии», объединяющей в себе в виде системного динамического единства знание о сознательном и бессознательном аспектах человеческой психики и призванной вывести людей на новые рубежи самопознания… мы ограничили системой платной психотерапевтической практики. И напрасно Творец взывал к избранному им психоаналитическому народу: Опомнитесь, психоанализ лишь был открыт на больных, он представляет собой знание о глубинной сущности человека и превращение его в медицинскую специальность является роковым для самого его будущего… Но было уже поздно. Он говорил в пустоту, ведь знаменитые «Новые лекции по введению в психоанализ», из текста которых и взята воспроизведенная выше его горестная фраза, составлялись им уже как обращение в воображаемой аудитории единомышленников».

Заметим, что подобное «упущение» не оказало существенного влияния на тех кто понимал, что с помощью прикладного психоанализа можно управлять массами. Программирование психики масс подобным образом осуществлялось на всем протяжении истории 20 века. Вспомним Германию времен Третьего Рейха. 80 миллионов немцев стали беспрекословно подчиняться фюреру. Отметим также рейхсминистра (с 1933 года )народного просвещения и пропаганды П.Й.Геббельса. Методы пропаганды, разработанные Геббельсом, не только позволили внушить народу Германии абсолютную любовь к фюреру[63],  но и способствовали тому, что за четыре года войны с Советским Союзов — в плен к фашистам добровольно сдалось очень большое количество русских солдат. Причем сдавались и в начале войны (целыми ротами и полками), но и в конце войны, когда Советская Армия уже победоносно шествовала по миру, освобождая Европу. Вот данные, которые приводит историк А. Гогун[64]: «…в 1942 году, после битвы под Москвой — шесть дивизий перебежчиков  (79 779 человек), в 1943 году — после Сталинграда, больше двух пехотных дивизий полного состава (26 108 человек). В 1944 году, когда многие в мире предполагали, что война закончится именно в этом году… численность осознанных «предателей» равна численному составу дивизии (9 207 человек)». Это было результатом схем манипулирования массами, которые разработал Геббельс. Поэтому за найденную немецкую листовку или власовскую газету красноармейца расстреливали. На всем протяжении войны таким образом было расстреляно 167000 человек (две общевойсковые армий тех лет).  Кроме того, в Вермахте, СС и полицейских частях Германии служили свыше одного миллиона бывших советских граждан. А на оккупированной территории СССР насчитывалось не менее трехсот тысяч полицаев. Как замечает Гогун (2004), русский народ активно сотрудничал с фашистами даже несмотря на то, что нацисты не считали славян за людей и установили для них режим грабежа и террора.

Лидеры социал-демократической партии Германии, ставшие во главе страны после избрания в 1933 году А.Гитлера канцлером Германии, уделяли наиглавнейшее значение средствам массовой коммуникации, как способу манипулирования массовым сознанием. А. Гоген (2004) отмечает, что на основании трудов Гитлера, Геббельса и других практиков идеологического воздействия на массы, были сформулированы принципы нацистской пропаганды. Принципов было два — оба со ссылкой на «Майн кампф» Гитлера. Они гласили: 1) гуманность и красота не могут находить применения в качестве масштаба пропаганды; 2) пропаганда  должна адресоваться только массе.

Таким образом, основные законы публицистики следующие:

I основной закон — закон умственного упрощения.

II основной закон — закон ограничения материала.

III основной закон — закон вдалбливающего повторения.

IV основной закон — закон субъективности.

V основной закон — закон эмоционального нагнетания.

При этом объективное выяснение истины квалифицировалось — со ссылкой на Гитлера — как «доктринерское простодушие». Иными словами, вопрос об истинности пропаганды сознательно оставлялся за скобками.

Кратко рассмотрим основы публицистики, заложенные Гитлером, и до сих пор активно используемые как в нашей стране, так и за рубежом.

Закон умственного упрощения означал, что любая сложная мысль, объясняющая то или иное явление, сводилась до простой схемы, понятной любому человеку. Слова должны были быть понятны каждому, за исключением разве что умственно неполноценных людей (для которых гитлеровцы разработали программу «эвтаназии»).

Закон ограничения материала был тесно связан с первым законом. Если о каком-либо предмете рассказывать подробно, давать о нем много информации, то, во-первых, объект воздействия просто «утонет», запутается в ней. Это снизит общий эффект влияния на массы. Во-вторых, если человек обладает большим объемом информации о том или ином явлении, то индивида сложно убедить, что только одна точка зрения на это явление — верная.

Субъективность присутствует во всех пропагандистских материалах, причем в двух аспектах. Во-первых, при составлении листовки или текста радиовыступления учитывается субъективный настрой людей, для которых пропаганда предназначена. Геббельс в 1928 году говорил: «Выступая в провинции, я говорю совсем не так, как в Берлине, а для людей в Байрейте (города Рихарда Вагнера) я нахожу совсем другие слова, чем для берлинцев…». Во-вторых, автор преднамеренно субъективен, то есть ему не важно, что представляет собой на самом деле предмет, о котором он повествует. Геббельс откровенно заявлял: «Пусть сколько угодно говорят о том, что наша пропаганда — крикливая, грязная, скотская, что она нарушает все приличия — плевать! В данном случае все это уже не так уж важно. Важно, что она вела к успеху — вот и все!».

Эмоциональное нагнетание необходимо, как для того, чтобы поддерживать у человека постоянный интерес к тому, о чем рассказывает пропаганда, так и для того, чтобы информация легче входила в голову. Когда говорят эмоции и чувства, разум молчит. Возбужденный человек гораздо легче совершает необдуманные поступки: а именно к таковым его подталкивали руководители Третьего Рейха. К тому же эмоциональная возбужденность очень сильно изменяет поведение человека, даже повседневное. Как правило, происходит мобилизация организма, всплеск сил. И эти силы умелый политик всегда может направить в нужное ему русло.

Силой пропаганды также является ее массовость и всеохватность.

Рассматривая пропаганду Геббельса, Т.Б.Паулсен (2002), в автореферате диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук, обращает внимание, что: принципы руководства массами, изложенные И.Геббельсом, сводятся к следующему:

— принципы размаха и концентрации, согласно которым заранее отработанные лозунги должны внедряться в сознание масс методично;

— принцип простоты:  массовое сознание открыто примитивным постулатам.

Геббельса, будучи министром пропаганды Третьего рейха, лично редактировал наиболее важные документы и художественные тексты, предназначенные для опубликования.

Рассматривая роль сочетания харизмы лидера (вождя Третьего Рейха)  и пропаганды, Т.Б.Паулсен (2002) делает выводы:

— для каждой личности можно изобрести харизматический прием, что позволит создать иллюзию обладания харизмой у данного индивида, но пропаганда действительно харизматической личности — это ее позиция, подход и решение.

— пропаганда может существовать без харизматической личности, но харизматическая личность не может существовать без пропаганды.

Пропаганда для харизматической личности специфична — это сплав приемов, которые воздействуют в большей степени на подсознание, нежели на разум. Экстеоризация идей харизматической личности — не произвол, это особая жестко структурированная реальность, чья деятельность протекает в особом аналитически-синтетическом режиме, оперирующем с реальными, но не осознанными данными. Сознание харизматической личности оперирует с рециклированием множества реальных данных, обрабатываемых по модели более совершенной, нежели устройство рассудка обычного человека. Тем не менее харизматическая пропаганда опирается на ряд отработанных приемов, которые использовались в прошлом и продолжают использоваться для завоевания масс, а именно:

— создание мифов;

— использование достижений великих умов нации;

— ставка на избранность, аристократизм, новизну;

— подбор музыки;

— фабрикование псевдонаучных космогоний;

— использование кинематографа;

— организация спортивных соревнований, делающих акцент на культе силы;

— характерные язык, жесты, символика, одежда,  свет;

— использование огня, конкретного времени суток, цветовой гаммы;

— другие способы воздействия на подсознание.

Уделяя внимание языку харизматической пропаганды, стоит сделать следующие выводы:

— в текстах харизматической пропаганды используются художественные приемы, применяемые в литературных произведениях, которые служат для усиления художественного впечатления: гипербола, гротеск, аллегория, антитеза, метафора, афористичность мысли, использование законов времени и пространства в художественном произведении, ритуально-мифический характер произведений, при помощи которого автор обращается к сознанию читателя, возвращая его в состояние первобытного человека, когда мир в его сознании разделен прежде всего на две части — обычную и священную. Язык харизматической пропаганды вводит читателя в мир иррациональный, как бы говоря, что чудеса могут происходить, стоит лишь поверить в сам необычный мир;

— харизматическая пропаганда использует в своих текстах взаимоуничтожающие сочетания слов, которые должны оставаться для масс бессмыслицей, следование древнему изречению “Верую, ибо это абсурдно”;

— языку харизматической пропаганды присущи серьезность, невозмутимость излагаемых мыслей, пусть даже самых абсурдных и циничных, практикуется использование черного юмора.

Рассматривая влияние пропаганды со стороны гитлеровской Германии во время Второй Мировой войны, И.Н.Панарин отмечает[65], что основными формами информационного противоборства в ходе войны явились печатная и радиопропаганда. В меньших масштабах были представлены устная пропаганда и наглядная агитация. Руководители фашистской Германии с большим вниманием относились к военной пропаганде. Зал съезда национал-социалистов в Нюрнберге в 1936 году украшал лозунг: «Пропаганда помогла нам прийти к власти. Пропаганда поможет нам удержать власть. Пропаганда поможет нам завоевать весь мир». Сразу же после прихода к власти в Германии Национал-социалистской партии гитлеровское руководство образовало Министерство народного просвещения и пропаганды во главе с Йозефом Геббельсом.

С первых шагов своей политической деятельности Гитлер уделяя огромное внимание информационному воздействию на психику людей. Именно Гитлер, после прихода к власти в Германии, впервые предпринял попытку глобального информационного воздействия на население других стран. Информационное влияние осуществлялось следующими способами:

1. Распространением информации через информационные агентства, радио, путем доставки за границу немецких газет и журналов, листовок через агентурную сеть.

2. Через немецких корреспондентов за границей, а также через иностранные газеты, находящиеся под немецким влиянием.

3. Путем проведения выставок и ярмарок в Германии, участия в ярмарках и выставках за рубежом.

4. Осуществлением культурного обмена с дружественными странами во всевозможных областях (наука, искусство, спорт, воспитание молодежи и т.д.).

Способы подготовки ведения пропаганды со стороны фашисткой Германии против СССР характеризуют следующие особенности. С конца 1940 года немецкие ведомства начали активную работу по сбору информации в интересах проведения информационно-психологического обеспечения нападения на СССР: обрабатывались материалы красноармейских газет приграничных военных округов и другая периодическая печать, вплоть до многотиражек крупных заводов и ведомственных журналов, выходящих небольшими тиражами. К работе привлекались так называемые «специалисты по России», в том числе и из состава эмигрантских организаций, изъявивших желание сотрудничать с немцами. Они готовили аналитические материалы, определяли слабые стороны советских военнослужащих, вскрывали проблемы советского общества, разрабатывали рекомендации по информационно-психологическому воздействию на личный состав Красной Армии и население с учетом национально-психологических особенностей, традиций и культуры. (И.Н.Панарин).

Причем стоит отметить, что методы пропаганды фашисткой Германией всегда корректировались. Например, перед реализацией плана «Барбаросса», 6 июня 1941 года в войска Вермахта была разослана директива, согласно которой «Основными целями информационно-психологического воздействия являлись: устрашение противника; усиление пораженческих настроений; создание позитивного представления о плене; подрыв авторитета государственного и военно-политического руководства СССР; побуждение к добровольной сдаче в плен и к дезертирству; подрыв авторитета командиров и начальников, неповиновение им; усиление недовольства гражданского населения положением в стране; побуждение населения к лояльному отношению к военнослужащим вермахта; усиление тревоги за судьбу родных»[66]. О том, как тщательно доктор Геббельс подбирал методы пропаганды, может служить тот факт, что «Министерство пропаганды отпечатало к 22 июня 1941 года свыше 30 млн. листовок, красочных пропагандистских брошюр карманного формата на 30 языках народов СССР и подготовило несколько радиопередач. На Восточном фронте было сосредоточено 17 рот пропаганды. Когда 22 июня 1941 года в З.15 немецкая артиллерия наносила огневой удар по объектам на территории Советского Союза, при помощи агитснарядов было распространено значительное количество листовок с обращением к красноармейцам, командирам Красной Армии. В течение первых двух месяцев войны ими было распространено около 200 млн. листовок. Основной формой пропаганды проводимой вермахтом, являлась печатная пропаганда (листовки, газеты, журналы, использовалось и устное вещание). Наибольших успехов пропагандистская машина вермахта добилась в 1942 году. После этого командование Вермахта предпринимает дополнительные меры по усилению воздействия на психику военнослужащих Красной Армии, населения Советского Союза (происходит усиление подразделений пропаганды, они становятся самостоятельным родом войск). На начало 1943 года войска пропаганды Вермахта включали: 21 роту пропаганды сухопутных войск, 7 взводов военных корреспондентов сухопутных войск, взвод военных корреспондентов Великая Германия, 8 батальонов пропаганды на оккупированной территории, состоящих из добрововольцев-пропагандистов. Вспомним, что роль немецко-фашисткой пропаганды отмечали и в войсках Советской армии. За чтение подобных листовок грозил расстрел или штрафбат.

А.Гогун (2004) приводит факты создания на территории СССР, захваченной немцами, редакций газет фашисткой Германии, которые активно выпускали прессу на русском языке, и на языке народов СССР. Именно доктор Геббельс придумал выражение «железный занавес». Геббельс предрекал, что что если Вермахт сложит оружие, то Советский Союз оккупирует Восточную Европу, над которой тут же опустится «железный занавес». О том что так и случилось, мы знаем из истории. Но при этом нам хотелось бы отметить важную роль И.В.Сталина, сумевшего воспользоваться победой над фашисткой Германией для установления советского строя в странах восточной Европы. Тем самым Сталин на долгие годы обезопасил СССР от нападения со стороны Запада. Но после Перестройки и последующего разграбления страны, страны НАТО разрушили «железный занавес», прочно защищавший рубежи нашей Родины, и стали размещать ракеты все ближе к границам России. «…мир — становится сегодня не проще, а сложнее и жестче, — предостерегает нас В.В.Путин[67]. — Мы наблюдаем, как, прикрываясь высокими лозунгами свободы, открытого общества — подчас уничтожаются суверенитет стран и целых регионов. Как под громкую риторику о свободе торговли и инвестиций в самих развитых странах усиливается политика протекционизма. Разворачивается и ожесточенная борьба за ресурсы… В этом контексте понятен растущий интерес внешнего мира к России... Бог не обидел нас природными богатствами. Как результат — нам все чаще приходится сталкиваться с рецидивами политики «сдерживания». Но за всем этим, по большому счету, зачастую стоит стремление навязать нам нечестную конкуренцию и обеспечить себе доступ к нашим ресурсам».

Адольф Гитлер в свое время начинал как пропагандист, специалист по пропаганде в социал-демократической партии. В 1921 году он возглавил пропаганду нацисткой партии. «Эту работу я в тот момент считал самой важной, — вспоминает А.Гитлер в мемуарах «Моя борьба»[68]. — … вся задача в той обстановке заключалась в том, чтобы прежде всего познакомить с нашими идеями возможно больший круг людей… Только на путях пропаганды можно было создать первое небольшое ядро, проникшееся идеям нашего нового учения, и затем можно было подобрать тот человеческий материал, из которого должны были позднее создаться первые элементы организации». В своих мемуарах Гитлер подробно рассматривает вопрос создания организации, которая в последующем подчинила себе почти всю Европу, и в первую очередь 80 миллионный немецкий народ, массовое психическое сознание которого было обработано Гитлером и Геббельсом. Как бы мы не относились к Гитлеру как к врагу, мы должны, во-первых, знать методы ведения боя противником, а во-вторых, методы фашизма, на наш взгляд, необходимо обязательно рассматривать в наше время, подходя к этому с научной точки зрения, ведь фашистская Германия существовала 12 лет, а это срок. К тому же из истории мы помним победоносное шествие германских войск по Европе[69], когда ведущие в наше время европейские страны в то время подчинились Германии. Поэтому очень важно знать историю, и те механизмы, которые задействовал Гитлер в создании организации, которой, если бы не Советский Союз, подчинялся бы весь мир.

«В роли руководителя пропагандистского отдела партии, — писал Гитлер[70], — я заботился не только о том, чтобы создать движению достаточно большой контингент сторонников, я ставил себе еще одну задачу. Придавая пропаганде самый радикальный характер, я стремился добиться того, чтобы организация со временем получила только самый доброкачественный человеческий материал. Чем более радикальной и вызывающей была моя пропаганда, тем более отталкивала она всех слабых и колеблющихся и тем более мешала она таким людям проникать в ряды нашей организации и ее основного ядра».

Кстати, первыми офисами партии были трактиры да кафе. «Когда осенью 1919 г. я примкнул к партии, состоявшей тогда из шести человек, у нее не было еще ни малейшего аппарата, ни одного служащего, ни одного печатного документа и даже не было бланков и печати. Комитет партии имел свое пристанище сначала в маленьком трактирчике…, затем в другом небольшом кафе, — вспоминал Гитлер[71]. —…Спустя некоторое время я отправился в обход по мюнхенским ресторанам и трактирам с расчетом найти какую-нибудь отдельную комнату, которую можно было бы снять под постоянное помещение для партии. В пивной Штернэкке я нашел небольшое подвальное помещение... Подвал был… совершенно темный и… имел только одно небольшое окно, выходившее на узенькую улицу, и таким образом даже в самые солнечные дни в нашем помещении все же царила полутьма. Вот там-то мы и обосновались».

Возвращаясь к вопросу ведения информационно-психологических войн, еще раз обратим внимание, что подобного рода воздействия происходит благодаря вмешательству в подсознание с целью формирования установок в массовом психическом сознании. При этом следует заметить, что зачастую такие установки имеют скрытый для сознания характер, т.е. собственно в то что в его психику заложены установки, человек не поймет, или поймет не сразу, а лишь после длительного анализа.

В факторе влияния на массовое сознание идеология принимает особую роль. Основная задача идеологов (обычно успешно решаемая задача) — формирование общественного мнения. Д.А.Волкогонов (1983) разделял структуру общественного сознания на два уровня. Первый уровень, это т.н. обыденное сознание (включает в себя эмпирические знания и общественную психологию). Второй уровень — состоит из двух элементов: естественно-технических знаний и идеологии. Между первым и вторым уровнями существует тесная связь, взаимодействие и взаимовлияние, которые осуществляются в процессе отражения общественного бытия. Рассматривая пример использования средств массовой информации в психологической войне, Д.А.Волкогонов (1983) обращает внимание, что впервые печатные СМИ были апробированы на противнике в годы Первой Мировой войны 1914-1918 годов. При штабах воюющих армий создавались соответствующие отделы и подразделения, призванные организовать «войну слов» — агитацию противника. Особенно активно вела психологическую войну с помощью печатной продукции Англия. Были выпущены миллионы листовок, которые разбрасывались авиацией и с помощью воздушных шаров над позициями противника. Кроме того, английское правительство создало специальные органы, снабжавшие печатные издания других стран британскими версиями о ходе войны. Было налажено издание журнала «Война в иллюстрациях», информационных бюллетеней, выпускались военные фильмы о положении на фронтах. По распоряжению французского командования распространялись листовки среди населения и войск противника. За время действия службы пропаганды французской армии в первой мировой войне было сброшено на германские города и позиции войск около 30 млн. экземпляров листовок, газет и брошюр. В конце войны Антанта сделала первые шаги по координации своих пропагандистских усилий: возник специальный штаб по разложению вражеских войск».

Германия вела пропагандистскую войну против франко-англо-русской коалиции используя методы запугивания, обмана, дезинформации. Например в некоторых листовках 1915 года утверждалось, что англо-французские войска на западе разгромлены и такая же участь уготована русским войскам, поэтому, чтобы избежать «ненужного кровопролития», русским солдатам предлагалось организованно сдаваться в плен. Немцы, как и их противники из Антанты, распространяли «пораженческие» листовки, в которых сообщалось о бедствиях в тылу, голоде, массовых болезнях населения стран противоборствующей коалиции. Первая мировая война была первой войной, в ходе которой широко использовались подрывные средства для деморализации войск и населения противника. Впервые были использованы специальные подразделения пропаганды, стала создаваться техника распространения печатной агитации.

Напомним, что до сих пор продолжается психологическая война против нашей страны. Сейчас такая война ведется с помощью информационных технологий. Первый заместитель начальника Генштаба вооруженных сил РФ генерал-лейтенант Алексей Бурутин на форуме «Информационные решения для безопасности России» проходившем 31 января 2008 года заявил, что «Достижение победы в возможных будущих войнах и вооруженных конфликтах будет достигаться путем уничтожения управления государством и вооруженными силами за счет информационных технологий»[72]. Форум проводился в здании Правительства Москвы, и был масштабным по составу участников, представителей 60 федеральных министерств и 7 федеральных округов. А.Бурутин заметил, что развитые государства Запада не только активно участвуют в информационной войне, но и разрабатывают все новые механизмы подобного рода войны, в том числе и против России. Одними из таких средств ведения войны является информационное оружие, которое может использоваться в мирное и военное время. Эти средства сочетают невысокий уровень затрат и высокую эффективность их применения. Для информационного оружия не требуется создание сложных структур и нет необходимости пересекать границы. А.Бурутин заявил, что Россия тоже приступила к разработке способов ведения информационных войн, т.к. «…в обозримом будущем достижение конечных целей войн и вооруженных конфликтов будет решаться не только уничтожением войск и сил противника, сколько за счет подавления его государственного и военного управления, навигации и связи, воздействия на другие информационные объекты, от которых зависит стабильность управления государством»

По мнению генерал-лейтенанта А.Бурутина (2008), с помощью информации можно воздействовать на людей и их мировоззрение. Такое воздействие, по словам генерала, уже «ведется по линии разрушения духовных ценностей, путем воздействия на индивидуальное, групповое и массовое сознание»  населения России. Батурин считает, что с помощью информационного оружия ряд неправительственных организаций, получающих финансирование из-за рубежа, формируют негативный образ России. Как суверенное государство, Россия принимает действенные меры для отражения атак с применением информационного вооружения. Российская концепция информационной войны, разработанная в середине 90-х годов, включает в себя 4 компонента: разрушение систем связи противника; перехват сообщений; взлом компьютерных сетей; воздействие на общественное мнение путем распространения дезинформации. В отличие от США, где существуют две самостоятельные концепции — информационной и психологической войны, в России они рассматриваются как одно целое. Пять лет назад Совет безопасности РФ утвердил концепцию внешней информационной политики. В этой концепции в качестве угрозы информационной безопасности страны названо: «Вытеснение российских СМИ с внутреннего рынка и усиление духовной, политической и экономической сфер общественной жизни России от зарубежных информационных структур». В качестве меры противодействия этой угрозе, среди всего прочего, предлагалось «усиление регулирующей роли государства в СМИ». По оценкам специалистов сегодня в России достигнуты определенные успехи в этом направлении. Привычки и желания российских потребителей информации в настоящее являются объектами пристального изучения, затем через подконтрольные государству СМИ населению внедряются необходимые «знания» — психологические установки, социальные стереотипы, политические симпатии/антипатии. Немаловажную роль в этом играет и «организационное оружие», среди методов которого — создание образа врага, принцип «разделяй и властвуй», контрпропаганда»[74].

Информационное оружие является мощным средством идеологического воздействия и пропаганды, ориентированном на подавление массового психического сознания, внедрения в подсознание масс соответствующих установок (и паттернов поведения), которые в любое время могут быть «активированы» манипуляторами. Исходя из того, что сознание любого индивида, находящегося в социуме, неразрывно связано как с законами управления масс, так и с правилами поведения в обществе, следует говорить о том, что манипулятивному воздействию подвержены все жители страны. Важное место в таком воздействии играют средства массовой коммуникации (СМК), без которых невозможно существование современного социума, современной жизни. Индивиды, заключенные в массы (в рамках социума), видят в средствах массовой коммуникации прежде всего возможность получения информации об изменениях, происходящих в мире. В современных условиях существования невозможно быть социально активным членом общества, добиться успехов в жизни, и смотреть на мир с маргинальных позиций. Это невозможно еще и потому, что все индивиды в процессе собственного существования уже так или иначе получают информацию из внешнего мира, в том числе и путем вступления в межличностные контакты. Не общаться с другими людьми невозможно; подобное общение происходит на работе, в учебе, в кругу семьи. А значит даже те индивиды, которые сознательно не читают прессу, не смотрят телевизор, не ходят в кино, в театры, и т.п. — все равно волей— Неволей получают различного рода информацию от других индивидов. Это как распространение слухов. Вы можете не желать ничего знать, но информация все равно дойдет до вас. Другой вопрос как вы этой информацией воспользуетесь. Но важно помнить, что невозможно быть социально активным членом общества и при этом быть этаким маргиналом, ставящим себя вне общества. Вне общества — значит и вне законов общества. И если случается подобное, то такие индивиды рано или поздно оказываются изолированными от общества, будучи помещенными, например, в закрытые учреждения пеницитарной системы. Тогда как все другие «вынуждены» не только получать информацию из внешнего мира, но и выстраивать модели построения собственной жизни в социуме в соответствии с теми нормами поведения (а значит и установками), которые навязывают нам средства массовой коммуникации, информации и пропаганды. Причем в этом случае отдельные индивиды (как представители массы) будут являться некими передаточными звеньями коммуникативных связей в рамках существования того или иного общественного строя.

Говоря об информационно-психологическом воздействии на массы, мы должны понимать, что подобного рода воздействия направлены на психику индивида и масс с целью некритического анализа поступаемой со стороны средств массовой коммуникации, информации и пропаганды информации, а также с целью навязывания определенных стереотипов в сознании (в подсознании), потому что стереотипы зависят от установок, а от установки — это  поведение человека в любых жизненных ситуациях.

СМИ выступают в роли основных манипуляторов сознания. Информация со стороны СМИ подается во фрагментарном виде. Представленная почти в любом выпуске прессы или ТВ информация популярного характера оказывает первоочередное влияние на чувства (задействуя эмоции), а это затрудняет анализ информации социально-политического характера, обычно находящейся в этом же выпуске. Кроме того СМИ использует законы суггестивного влияния на массы, например, чтобы информация беспрепятственно проникала в подсознание (а оттуда воздействовала на сознание), хотя бы часть такой информации должна иметь правдивый характер и отражать интересы и бессознательные желания целевой аудитории. Также  важно помнить, что при наличии информации по какому-либо вопросу, первая же информация, которая освещает данный вопрос — будет весьма позитивно воспринята массами. Поэтому так в подаче того или иного материала важен принцип первоочередности. Кроме того повторяемость одной и той же информации (можно с новыми подробностями) приводит к бессознательному запоминанию такой информации, что также важно в вопросах информационно-психологического воздействия с целью моделирования. Причем не обязательно охватывать все массы. Достаточно воздействия на какую-либо часть, чтобы другие, зараженные действиями (массовыми поступками) этой части массы, подхватили позыв, используя то, что в массах сильна заразительность и подражание. Также как и отсутствие какой-либо критичности. Причем заражение (индуцирование масс) может вылиться в массовые психозы. Посредством психоза индивиды еще более объединяются в массы, и уже представляют собой толпу, которой значительно легче управлять, чем разрозненными индивидами. Поэтому те или иные политические круги стараются активно использовать СМИ с целью формирования установок в психике масс. Такие установки могут закладываться в т.ч. и посредством популяризации «массовой культуры», потому как, если одно какое-либо дело сплачивает множество индивидов, такие индивиды уже превращаются в массу. А передачи ТВ развлекательной направленности (популярные юмористические передачи, сериалы, и т.п.) — превращают такую массу в толпу.

Информационно-психологическое воздействие также направлено на формирование в массах идеологических установок. О значении идеологии говорил А.А.Зиновьев (2002), отмечая, что функция идеологии — формирование сознания людей. Причем идеология не просто формирует сознание, она создает и навязывает людям определенные стереотипы (алгоритмы) сознания, проявляющиеся в стереотипах поведения. Задача идеологии — приучить людей думать сходным образом о каких-то явлениях реальности и совершать под воздействием такого понимания одинаковые поступки.

Задачи идеологии фактически простираются в плоскости скрытого воздействия на сознание масс. При этом массы не должны разгадывать иллюзорность навязываемой им идеологии. Они вообще не должны подозревать, что в отношении них происходит скрытое и тайное воздействие. И выполнять цели и задачи, навязываемые манипуляторами, как будто такие желания возникли  у них самих, без принуждения. Предварительно такое желание обязательно должно быть «введено» в подсознание масс. Идеология — это прежде всего вера. Вера в навязываемый образ, вера в незыблемость идей, вера во все, что будет навязано идеологами, использующими манипулятивные установки.

Сильная идеология была при существовании Советского Союза. И хоть сами Маркс с Энгельсом отказывались от употребления термина идеология, фактически советское общество строилась согласно учению Маркса-Энгельса и Ленина.  Причем, по мнению академика А.А.Зиновьева (2002), советская идеология была на несколько порядков выше западной идеологии.  При этом на Западе существовал огромнейший штат советологов, а правительство капиталистических стран направлено все силы на уничтожении Советского Союза.

Советская идеология стремилась опираться на науку, использовать достижения науки и пропагандировать их широким слоям населения. Она была самой систематизированной идеологией из всех, какие существовали в истории. Важное значение советская идеология имела для деятельности руководящих органов страны, т.к. содержала целый ряд инструкций для их поведения. В сталинские годы идеология имела нормативный характер. В послесталинские годы эта роль идеологии внешне вроде бы ослабла, но по сути лишь изменила форму и ушла вглубь. Идеология ставила перед руководителями страны общую цель и давала общую ориентацию жизни коммунистического общества. До известного момента советская идеология служила одним из факторов успехов Советского Союза. В результате антикоммунистического переворота в горбачевско-ельцинские годы были разгромлены все основные опоры советского социального строя. Советская государственная идеология была отброшена. Постсоветская идеологическая сфера стала формироваться как гибрид западнистской, дореволюционной и советской идеологий. В Россию хлынул поток западной идеологии. Он овладел большей частью средств массовой информации. Массам стала навязываться Западная массовая культура. Нынешняя война Запада против России приобрела скрытую форму, выражающуюся, например, в т.н. глобализации (против т.н. Холодной войны в советский период развития общества). Процесс глобализации начался сразу после Второй мировой войны. На этом этапе глобализации главной жертвой стала Россия. Был разрушен Советский социалистический блок и Советский Союз. Судьба нашей страны была спланирована много лет назад, и планы эти осуществляются. Предполагается не просто довести нас до жалкого уровня, в каком мы уже находимся, а вообще вычеркнуть из истории. Как будто бы нас в истории и не было. Этот план последовательно приводится в исполнение. (А.А.Зиновьев, 2002).

Прослеживая влияние идеологии на массовое психическое сознание, следует еще раз обратить внимание, что любая идеология строится на манипулировании массовым сознанием. От эффективности такого манипулирования зависит управление страной.

В России предпринимаются отдельные разрозненные попытки выработать идеологию, адекватную современным условиям и требованиям. Идеологию, опирающуюся на научные исследования современной реальности. Но они имеют мало шансов пробиться к известности и признанию, потому что современные идеологи  сделают все от них зависящее, чтобы помешать этому. Нужны усилия многих людей и длительное время, чтобы преодолеть это препятствие. А чтобы это учение приобрело статус массовой признанной идеологии, нужны силы, способные придать ему социальный авторитет (например — высшая власть). Но и этого мало. Идеи сами собой в головы людей не заползают, какими бы они хорошими ни были. Для этого нужно множество людей, которые должны профессионально заниматься этим делом. Они должны быть организованы в целое, должен сложиться идеологический механизм. Такой механизм имеет церковь. Такой механизм существовал в советские годы в распоряжении «Кремля». Если даже и это препятствие будет преодолено, предстоит длительная борьба за «души» россиян. При этом придется иметь дело с силами, противодействующими распространению этого учения и принятию его массами; в их числе — с невосприимчивостью самих масс, с религиозными организациями, со СМИ, навязывающими россиянам западную идеологию. (А.А.Зиновьев, 2002).

По сути, идеологическая обработка населения базируется на подмене ложными, искаженными, образами настоящей действительности. При этом должна быть развита патологическая ложь. Когда ученые или другие авторитетные люди намерено искажают факты. Причем, как говорил Геббельс, чем явнее ложь — тем легче в нее поверить. При этом надо не только убеждать, но и самому верить в это, чтобы у людей не осталось сомнений, что где-то скрыт обман. А любой обман — выдавать за правду. И чем искреннее это будут делать манипуляторы — тем им быстрее поверят.

И верят. Большинство жителей России верит любой информации из официальных источников. И это при том, что на самом деле давно можно провести параллель между официальной информацией и правдой: большинство из того, что преподносится нам официально, — это ложь, замаскированная определенным процентом настоящей правды. И вся подобная ложь необходима для достижения одной цели: для управления собственным народом. И как мы уже заметили, важным фактором на пути управления сознанием масс является идеология, идеологическая обработка сознания, с целью закладывания в коллективное бессознательное тех установок, последующее воздействие на которые приведет к результатам, необходимым правящей элите.

В вопросе информационно-психологического воздействия необходимо обратить внимание на использование психотерапевтических средств воздействия на массовое психическое сознание. Как отмечает В.Г.Крысько (1999), в СССР профессор И.В.Смирнов по заданию Министерства обороны разработал технологию компьютерного психоанализа и компьютерной психокоррекции, позволяющую:

— осуществлять математический и статистический анализ реакций организма на внешние воздействия, возникающих при очень быстром визуальном просмотре или звуковом прочтении различных «стимулов» — слов, образов, фраз;

— абсолютно точно определять наличие в подсознании человека конкретной информации и измерять ее значимость для каждого человека, выявлять скрытую мотивацию, истинные стремления и наклонности людей;

— на основе выявленной и проанализированной информации, получать полную картину невротических, беспокоящих человека (или целые группы людей) состояний психики;

— при необходимости проводить целенаправленную (по желанию — действующую немедленно, либо с отсрочкой) коррекцию психических состояний, основным действующим фактором которой выступают слова-команды, картинки-образы и даже запахи-мотиваторы определенного поведения.

В процессе звукового управления психикой людей и их поведением словесные внушения (команды) в закодированной форме выводятся на любой носитель звуковой информации (аудиокассеты, радио или телепередачи, шумовые эффекты). Человек слушает музыку или шум прибоя в комнате отдыха, следит за диалогами персонажей фильма, и не подозревает, что в них содержатся невоспринимаемые сознанием, но всегда фиксируемые подсознанием команды, заставляющие его впоследствии делать то, что предписано.

С.Г.Кара-Мурза (2007) обращает внимание на зависимость людей от телевидения. Возникает заколдованный круг: приковывает внимание человека именно то ТВ, которое хочется смотреть и смотреть. «Скучное» ТВ (каким оно было в советское время) тем и хоpошо, что человек потpебляет его не больше, чем ему действительно надо для получения инфоpмации, знаний или pазвлечения.

Обратим внимание, что  зависимость от телевидения формируется посредством провокации симптоматики невроза у индивида. При этом телесигнал служит как некая обязательная ежедневная доза, позволяющая снять подобную форму зависимости на какое-то время. Снять, в том числе и путем подключения к коллективному разуму.  Известно, если значительное количество индивидов (составляющих массу) делает одно дело, то мысли таких индивидов находятся в спектре одного излучения. А значит — такие люди пребывают в одной массе, независимо от того, находятся они рядом, или каждый в своем доме. Посредством просмотра одной телепередачи такие индивиды объединяются в некую фигуральную массу, объединяемую в один коллективный разум. А значит, над такими индивидами распространяются законы толпы или массы, то есть это сила внушения, а также  легкая управляемость такого рода массой посредством программирования подобных индивидов на возникновение у них одинаковых мыслеобразов (человек мыслит образами). Причем защититься от такого воздействия сложно, потому что современный человек живет в социуме, цивилизации. Социальная среда представляет собой некий срез общественной жизни человека, заключающейся во взаимодействии индивида с различными социальными институтами, и оказывает главенствующее положение на формирование бессознательного психики, а значит и на манипуляции психикой. Под социальными институтами следует понимать возможности формирования личности индивида путем непосредственного взаимодействия личности с социумом. Социум в данном случае — есть совокупность факторов, окружающих индивида при его контактах с внешней средой (т. е. соотношение внутреннего мира индивида — с миром внешним.) В социальной среде как бы «доформировывается» все то, что человек получил от рождения. Лебон (1996) отмечал, что кроме открыто признаваемых причин, руководящих нашими действиями, существуют тайные причины, потому что сознательные поступки человека вытекают из бессознательного. Большинство ежедневных действий человека вызывается такими скрытыми причинами, ускользающими от осознавания.

Таким образом, социальная среда оказывает влияние на характер поведения индивида, формируя те установки и паттерны поведения, которые в последствии будут оказывать влияние на жизнь индивида, и его взаимосвязь с микросоциумомом. (Под микросоциумом следует понимать взаимоотношения индивида с теми людьми и предметами, которые его окружают в процессе жизнедеятельности.) Марксизм определял общественно-экономическую формацию — как исторически  определенную ступень в развитии общества, характеризующуюся свойственным только ей способом производства, и характеризующейся связанными с этим способом общественными отношениями. Социальная среда, являющаяся частью того общества, в котором пребывает все время индивид, оказывает на него мощнейшее манипулятивное воздействие, вынуждая в большинстве случаев совершать поступки, на которые сам по себе он никогда бы  не решился. Но в данном случае такой индивид становится бессилен. Над ним довлеет как бессознательное его психики, сформированное в результате проживания в социуме, так и манипуляторы, воздействующие на архетипы его бессознательного в своих корыстных целях.

В ближайшее время, по словам Д.А.Медведева, «произойдет полное совмещение компьютеров, интернета и телевидения…»[75]. Бил Гейтс также  выделил некоторые тенденции, которые, по его мнению, будут превалировать в будущем. По словам Била Гейтса, телеэкраны уступят место мощным проекторам, которые позволят транслировать изображение на любую стену, а команды в компьютере и телевизоре будут подаваться голосом[76]. Также мы должны заметить, что интернет является одним из способов снятия невротической зависимости, т.к. способен купировать симптоматику невроза за счет того, что индивид входит в сеть и становится  частью массы. Схожий эффект наблюдается у ТВ. Вот интересные данные из газеты «Вашингтон Пост», от 20 февраля 2008 года.  «Интеллекту американцев угрожает большая опасность, —замечает автор статьи[77]. — Мы рискуем утратить свой … культурный капитал…». Причиной автор называет чрезмерный просмотр видеоновостей. «Терпимый порог тупости, — пишет газета «Вашингтон Пост», — …уже несколько десятилетий неуклонно повышается благодаря совокупному воздействию сил, которым пока невозможно противостоять. Среди этих факторов — триумф видеокультуры над культурой печатного слова…».

Помимо ТВ, сознанию масс угрожает также и кино. Известно, что в создании кинофильмов в западных странах,  помимо сценаристов, режиссеров и проч. деятелей искусства, важное место занимают специалисты по манипулированию сознанием, имеющиеся на каждой картине с большим бюджетом. Именно в введении специалистов по манипулированию находится задача воздействия на подсознание масс с целью провоцирования базовых инстинктов (страх, секс, проч.) и задействованию архетипов коллективного бессознательного психики (жажда мщения, торжество справедливости, противостояние добра и зла, проч.). «Человек, посмотревший (такой) фильм, никогда не сможет пересказать «вшитые» в него мысли, —замечают авторы «Проекта Россия»[78]. — Спросите его, о чем фильм, и он начнет пересказывать сюжетную линию, игру актеров, запомнившиеся эпизоды, спецэффекты и прочее. Самой мысли он никогда не увидит, это дело специалистов. Главная мысль в такой продукции ориентирована не на сознание, а на подсознание. Мысль как бы разбросана по всему фильму в никак не связанных друг с другом деталях. И вот эти детали, попав в подсознание, объединяются в целое. Это образует точку отсчета, которую человек никогда не осмыслит, но всегда отталкивается от нее, принимая решение».

«…Сегодня оболванивание народа происходит за счет... народа, — продолжают авторы «Проекта Россия»[79]. —…Технология достаточно проста. Посредством сюжета, спецэффектов, игры актеров и прочего основную мысль упаковывают в привлекательный «фантик». Упаковка призвана соблазнить человека. Основная мысль вшита между строк, вплетена в поведение героя, в сюжет, а общую атмосферу произведения. Зрители никогда не догадаются, что их не развлекают, им дают модель поведения, преподносят образцы для подражания, формируют взгляд на мир. … народ сам оплачивает свою дебилизацию… Люди, придя в кино за удовольствием, как бы отключаются от действительности. Они сидят в состоянии отрешенности и получают удовольствие. А в это время им в сознание закачивают установки. …Самое глубокое внушение — когда человек вообще не думает. Вот почему так важно ввести человека в состояние эмоций.  Пока он сидит с широко открытыми глазами, он ничего не соображает. Он весь там, в виртуальной действительности. Логическая проверка информации в таком состоянии невозможна… Человек в этот момент абсолютно беззащитен. Ему можно записать на подкорку любую мысль, любую установку… Наличие установок человек никогда не осознает. Но именно они лежат в основе всех его поступков».

В.Г.Крысько (1999) приводит данные результатов направленности воздействия на психику масс различными средствами массовой коммуникации. По его мнению, психологическое воздействие оказывается на конкретные сферы психики отдельного человека, групп людей и общественного сознания в целом:

— потребностно-мотивационную (знания, убеждения, ценностные ориентации, влечения, желания);

— интеллектуально-познавательную (ощущения, восприятия, представления, воображение, память и мышление);

— эмоционально-волевую сферу (эмоции, чувства, настроения, волевые процессы);

— коммуникативно-поведенческую (характер и особенности общения, взаимодействия, взаимоотношений, межличностного восприятия).

Это означает, что психологическое воздействие только тогда дает наибольший реальный эффект, когда учитываются присущие этим конкретным сферам особенности функционирования индивидуального, группового и общественного сознания.

Психологическое воздействие имеет свои закономерности:

— если оно направлено в первую очередь на потребностно-мотивационную сферу людей, то его результаты сказываются в первую очередь на направленности и силе побуждений (влечений и желаний) людей;

— когда под прицелом оказывается эмоциональная сфера психики, то это отражается на внутренних переживаниях, а также на межличностных отношениях;

— сочетание воздействий на обе названные сферы позволяет влиять на волевую активность людей и таким образом управлять их поведением;

— влияние на коммуникативно-поведенческую сферу (специфику взаимоотношений и общения) позволяет создавать социально-психологический комфорт и дискомфорт, заставлять людей сотрудничать либо конфликтовать с окружающими;

— в результате психологического воздействия на интеллектуально-познавательную человека сферу изменяются в нужную сторону его представления, характер восприятия вновь поступающей информации и, в итоге, его «картина мира».

Следует также обращать внимание, что основной направленностью действий идеологической пропаганды Запада является изменение привычек масс, с целью навязывания им мещанского вкуса, и как следствие — роста потребления, а значит и обогащения как современных отечественных капиталистов («новых русских»), так и капиталистов Запада. На это активно работает массовая культура, получившая в нашей стране наибольшее распространение после разрушения Советского Союза. Средствами массовой культуры являются телевидение, кино, глянцевые журналы и т.п., с помощью чего достигается навязывание психике масс враждебных установок с помощью манипулирования массовым сознанием. То есть проводится определенная диверсионная работа против населения нашей страны. Причем, ведущие государства Запада, придерживаются в этом плане определенных тактических установок, выработанных апологетиками превосходства капиталистического образа жизни.

Д.А.Волкогонов приводит основные характеристики подобной тактики, отмечая, что наиболее характерными особенностями ее являются «высокая степень избирательности воздействий, быстрая перестройка аргументации в зависимости от меняющейся обстановки, комплексное применение различных методов и приемов психологической войны, концентрация усилий на том или ином объекте, конкретной дате, регионе, социальной группе и т. д.»[80]. Приводя механизмы манипуляций массовым сознанием в психологической войне, Д.А.Волкогонов (1983) выделяет три уровня подобного рода воздействия на психику: Первый уровень — усиление существующих в сознании людей нужных установок, идеалов, ценностей, норм. Закрепление этих элементов сознания в мировоззрении и жизненных установках. Второй уровень связан с частными, малыми изменениями взглядов на то или иное событие, процесс, факт, что также оказывает воздействие на политическую позицию и эмоциональное отношение к конкретному явлению. Третий уровень — коренное, кардинальное изменение жизненных установок на основе сообщения драматических, необычных новых данных, сведений. Реализации первых двух установок достигается с помощью манипулирования в быстрый период времени, а третий уровень, характеризующий собой кардинальное изменение установок в моделях поведения масс, становится возможным в результате длительного воздействия на психику.

Мы должны обратить внимание, что важным факторов реализации любого рода манипуляций является воздействие на чувства, а не на разум. Именно эмоции, провоцирование эмоций, позволяют воздействовать сразу на подсознание, минуя сознание (цензуру психики), в результате чего в подсознании как индивида так и масс закладываются необходимые установки и паттерны поведения, при воздействии на которые в последующем можно прогнозировать любые ожидаемые реакции.

Любая психологическая операция, по мнению А.В.Литвиненко (2000), имеет примерно однотипную схему.

1. Предварительный этап. На этом этапе происходит планирование операции, в частности определение целесообразности ее проведения, целей, задач, сил и средств, целевой аудитории влияния, приемов и методов влияния и т.п.

2. Информационный повод. На этом этапе специальной информационной операции необходимо выбрать и/или создать так называемый информационный повод. Под информационным поводом понимают событие (или «псевдособытие»), которое можно использовать как повод для пропагандистской кампании или информационной операции.

3. «Раскрутка» информационного повода. Этот этап является основной частью любой информационной операции и состоит в использовании информационного повода ради достижения целей операции, т.е. для усиления, формирования или разрушения определенных психических стереотипов и установок.

4. Выход из специальной информационной операции или этап закрепления. Важнейшая задача этого этапа — обеспечение плавного завершения пропагандистской кампании или информационной операции после достижения поставленных целей или через форс-мажорные обстоятельства.

Этапы планирования специальной информационной операции следующие:

1. Определение цели.

2. Определение объекта.

З. Анализ сил и средств, ресурсов, определение исполнителей.

4. Определение методов и приемов.

5. Разработка приблизительного сценария.

6. Определение критериев оценки успеха.

Рассматривая вопрос ведения информационно-психологических войн, мы должны обратить внимание на важную особенность: психика современного индивида привыкла получать различные потоки информации. Известно, что в результате выполнения однотипных действий в результате длительного времени формируется привычка. Такая привычка сформирована и в психике современного человека. Он уже не может без информации. Без информации в его психике начинает развиваться симптоматики невроза, и такой индивид вынужден «подключиться» к какому-либо источнику информации, для того чтобы снять психологическое напряжение, девальвировать развивающуюся в его психике пограничную симптоматику. Поэтому в реализации данного фактора воздействия следует еще раз выделить важную роль СМИ, оказывающую с помощью различных технологий манипулятивное воздействие на психику масс.

«В данном случае мы используем в качестве основного… понятия — коммуникацию, — пишут Г. Грачев, И. Мельник[81]. — Это понятие позволяет охватить все многообразие ситуаций, в которых на человека воздействует окружающая его информационная среда современного общества. Под коммуникацией в социальной психологии понимается передача информации, сообщений, разнообразных сведений. Но в отличие от общения она может иметь как двухсторонний, так и односторонний характер. …Зачастую она связана с опосредованным общением, то есть с передачей информации при помощи технических устройств, в  том числе средств массовой коммуникации — телевидения, радио, прессы и т.п.».

Ведение информационно-психологических войн становится возможно с помощью любых средства передачи информации и обработке информацией психического сознания масс. Помимо упоминаемых ТВ, кино, и прессы, следует обратить внимание, что к подобным средствам массового воздействия относится также литература, искусство, образование, и т.п., — то есть играют роль все способы, с помощью которых происходит (или может произойти) изменение в массовом сознании посредством внедрения в подобное сознание (через подсознание) каких-либо установок. При этом еще раз обратим внимание на такие особенности коммуникативного воздействия на массовое психическое сознание — как провоцирование в психике индивида и масс невроза, чтобы последующим снятием подобной негативной для психики симптоматики — подчинить такого человека. Т.е. в психику индивида насаждают определенные установки и формируют паттерны поведения. И когда такой индивида начинает ощущать тревогу, то бессознательно он стремится снять беспокойство. Это можно сделать посредством приема алкоголесодержащих средств, а можно с помощью нахождения в массе, или — с помощью телевидения. Причем в последнем случае человек уже приобщается к массе, как бы подключается к единому сигналу; причем сигналу, положительно действующему на сформированный раннее в психике тот или иной паттерн поведения или архетип коллективного бессознательного, воздействие на которые и приводит к запрограммированному результату. При этом следует понимать, что основными манипуляторами сознания масс во все времена является небольшая прослойка общества, именуемая властью. Власть может быть политическая и финансовая. Характерный пример приводит Г.Г. Почепцов, замечая что  «Япония затрачивала миллионные суммы, чтобы изменить образ японца именно в рамках художественного мира Америки, скупая пакеты акций американских киностудий»[82].

«…ведение информационной войны никогда не бывает случайным или обособленным, — пишет М.Ю.Павлютенкова[83], — а подразумевает согласованную деятельность по использованию информации как оружия для ведения боевых действий — будь то на реальном поле брани, либо в экономической, политической, социальной сферах». Поле действия информационных войн М.Ю.Павлютенкова (2001) определяет как:

1) инфраструктуру систем жизнеобеспечения государства — телекоммуникации, транспортные сети, электростанции, банковские системы и т. д.;

2) промышленный шпионаж — хищение патентованной информации, искажение или уничтожение особо важных данных, услуг; сбор информации разведывательного характера о конкурентах и т. п.;

3) взлом и использование личных паролей VIР-персон, идентификационных номеров, банковских счетов, данных конфиденциального плана, производство дезинформации;

4) электронное вмешательство в процессы командования и управления военными объектами и системами, «штабная война», вывод из строя сетей военных коммуникаций;

5) всемирная компьютерная сеть Интернет, в которой, по некоторым оценкам, действуют 150.000 военных компьютеров, и 95% военных линий связи проходят по открытым телефонным линиям.

Информационная война, в конечном счете, нацелена на мировую экономику. А потому в ряде американских университетов национальной обороны в Вашингтоне создана специальная группа студентов с целью подготовки специалистов по ведению компьютерной войны. Их основное оружие — клавиатура, с помощью которой они на расстоянии смогут вывести из строя неприятельские коммуникации, манипулировать средствами информации и связи, разрушать финансовые системы. Следовательно, цели информационной войны совершенно иные, нежели войны в общепринятом понимании: не физическое уничтожение противника и ликвидация его вооруженных сил, не уничтожение важных стратегических и экономических объектов, а широкомасштабное нарушение работы финансовых, транспортных, коммуникационных сетей и систем, частичное разрушение экономической инфраструктуры и подчинение населения атакуемой страны воле страны-победителя. В эпоху информационных войн планы боевых операций разрабатываются военными вместе с гражданскими специалистами. (М.Ю.Павлютенкова, 2001)

К.Х.Каландаров (1998) приводит пример своего рода кодирования информации со стороны СМК, определяя кодирование как важную составляющую получения информации индивидом. Кодификация информации — это ее структурирование, изменение ее статуса, создание информационных схем. Все это дает возможность вкладывать в сознание людей то, что нужно иметь в сознании. Кодификация информации, таким образом, «ставит человека в строй», формализуя его сознание и ориентируя его на строго определенные цели. Кодификация связана с созданием упрощенной картины мира, с формированием «воображаемых миров», поведение в которых должно быть предсказуемо и программируемо.

В законах информационного воздействия выделяются следующие пункты:

— ложь должна быть определенным образом дозирована и сохранять видимость правдоподобия;

— необходимость четкого представления об ожиданиях аудитории, что позволяет создавать иллюзии, применимые именно для данной аудитории;

— использование «логики коллективного действия», взаимной ответственности;

— изъятие и сокрытие информации, которая идет вразрез с официальным курсом;

— обращение к «священным принципам» нации;

— использование символики и символизации посредством имиджевых технологий.

Выделяя роль имиджа, К.Х.Каландаров (1998) определяет его роль в формировании воздействия на массовую аудиторию, для понимания образа мира, по принципу «хорошо-плохо». Имидж складывается из предлагаемых клише-шаблонов, которые лежат в основе общесоциальных и политико-идеологических ориентиров субъектов. Имидж формируется как целенаправленно, так и спонтанно при помощи манипулирования императивными установками:

— дихотомическое деление мира, формирование и использование «образа врага». «Враг» может быть не реальным, а символическим. При манипулировании «образ врага» внедряется в общественное сознание в первую очередь. «Образ врага» помогает преодолеть комплекс (собственный или национальный) неполноценности, активизировать процессы самоориентации, обосновать любую «исключительность»;

— «политика самоочевидного», когда за «очевидное» выдаются хорошо подтасованные факты. При этом субъектам предоставляется «якобы свобода» для интерпретации подтасованных фактов. Этому предшествует ненавязчивая подача нужных сведений при скрытом воздействии на их возможную оценку. «Самоочевидные» решения выдаются обществу в форме нарочито нейтральных. Они выглядят как продиктованные «логикой развития ситуации», что совершенно не соответствует действительности. «Самоочевидные» решения всегда выдаются как единственно возможные и лучшие, как безусловно неизбежные и оптимальные. Тем самым они способствуют утверждению и стабилизации существующего порядка;

— данные социологических опросов. При опросах большее влияние на общественное мнение оказывают не ответы, а формулировка вопросов. Вопрос может активно влиять на модели поведения и ценностные ориентации. Опросы приводят к целенаправленному смешению событий и псевдособытий, фактов и мнений, обещаний и действий, действительного положения дел и их интерпретации. Вопросы, составленные в строго определенной форме, заставляют реципиента включить в поле возможного выбора также цели и намерения, к которым он не стремился и которые не имел в виду. Такие вопросы «раскачивают» установки субъекта, его ориентации и убеждения и делают его уязвимым и открытым для манипуляций. Содержание вопроса оказывает скрытое влияние на ответ, ограничивая поле выбора и возможности субъективных интерпретаций. Выбор ответа не только распределяет общественное мнение, но и моделирует поведение реципиентов. При помощи опросов происходит подмена подлинного осознания индивидуальных мнений моделированием «мнения общественного». Опросы создают искусственный персонаж общественной жизни (усредненный образ индивидов), к которому надо стремиться и которому надо соответствовать. Опросы связаны с превентивным воздействием, нацеленным на укрепление власти путем апеллирования к воле масс;

— организация «псевдособытий», основанная на подготовке фактов и запугивании аудитории. Следует подчеркнуть, что особую роль в этом случае играют выбор «терминов» и комментарии.

Давая характеристики имиджей, К.Х.Каландаров (1998) определяет их формы, уточняя, что имиджи бывают:

— зеркальными (образ для «другого», «чужого», который осознается именно в этой роли его создателями);

— текущими (построенными на недопонимании или нехватке информации);

— желаемыми (образы, которые хотелось бы создать);

— корпоративными (образы целого без детализации составляющих элементов);

— множественными (образы составляющих элементов без претензии на их целостность).

Через имиджи люди подключаются к воображаемым мирам, образуя определенные общности. К наиболее эффективным средствам строительства воображаемых миров следует отнести метафору, миф, ритуал и т.д. Метафора задает условия воображаемого мира, нарушает привычные связи, задерживает внимание, перекомбинирует реальность. Метафора дает возможность ирреальное превращать в реальное, соединять несоединимое, повысить вероятность общения людей с разными кодами. Существует закономерность: метафора требуется не только для построения “новых миров”, но и для общения принципиально разных собеседников. Чем больше расхождения между собеседниками, тем метафоричнее становится их коммуникация. Метафоры “останавливают”, определенным образом фиксируют ускользающие смыслы, способствуя некоторому сужению интерпретаций. Они предопределяют пути мышления, задавая схемы, в рамках которых моделируется мир. Вторым компонентом воображаемых миров является “герой”. “Герой” — это маска, которую общество навязывает как образец для социального поведения. Эти маски общество постоянно контролирует и корректирует, при их трактовке и интерпретации любая амбивалентность исключается. “Герой” формирует ожидания, связанные с позицией каждого индивида. Он, фактически, определяет ролевые предназначения в обществе. “Герой” связан со знаковыми, символическими действиями, которые образуют так называемый “знаковый алфавит”, характерный для каждого общества, лежащий в основе его символизации и определяющий модели поведения. В силу того, что любой знак всегда метафоричен, можно выстроить цепочку “метафора — герой — знак”, которая играет огромную роль в коммуникативном процессе. Знаковость коммуникации позволяет конструировать так называемое символическое поведение, непосредственно связанное со строительством воображаемых миров, в которых символическое намного значительнее реального. Символическое поведение замещает реальность. Оно как бы адаптирует мир в соответствии с желаниями человека. Мир утрачивает сопротивляемость и “лепится” человеком по своим правилам. Основанием этого служит миф, понятый в коммуникативном смысле. Миф должен быть принципиально непроверяемым; в нем необходимо наличие чудесного (отклонение от норм обыденности) Закрытому обществу свой миф строить гораздо легче, так как происходит концентрация потоков воздействия, основанная на замкнутых информационных циклах. Открытое общество работает с противоречивой информацией и построить “достоверные” мифы ему труднее. Миф всегда оперирует уровнем человеческих представлений. Он не выходит на уровень отвлеченных абстракций и не объясняет действительность при помощи набора новых символов. Миф это способ обработки информации на коллективном уровне. Он помогает структурировать мир и осмысливать его соответствующим образом. Он помогает найти стабилизирующие факторы, направленные на приостановку разнообразного усложнения действительности. Миф отбрасывает случайное в целях упорядочивания мира. Он направляет психические реакции человека от случайного к постоянному, стабилизируя его мышление, самооценку и самоопределение в мире. Миф нацеливает человека на повторение уже достигнутого, апробированного, усвоенного. Он дает возможность вписать все, что случается, в единую историческую схему, структуру, кодифицируя его и переводя в постоянно репродуцируемые образцы, эталоны. (К.Х.Каландаров, 1998).

Говоря об экономико-политической подоплеке ведения информационно-психологического воздействия на массовое сознание, следует обращать внимание и на такую особенность ведения подобного рода войн, как навязывание с помощью СМИ установок в подсознании масс одной страны — в отношении других стран. Простой пример. В 70-80 годах прошлого века в нашей стране Японией навязывался культ такого восточного единоборства как каратэ-до. При этом подобное «навязывание» происходило с целью внедрения в подсознание масс мысли о преимуществе каратэ перед другими единоборствами. Подобная работа с населением происходила неявно, но методично. В итоге, путем целенаправленного планомерного «вдалбливания» в психику мыслей о каратэ как самом грозном оружии, удалось в какой-то мере ввести подобную установку в коллективное бессознательное масс (в нашей стране). Образовался некий миф, который поддерживали даже те, кто каратэ никогда не занимался. Но в том-то и дело, что если мы говорим о подсознании, об установках, внедряемых в подсознание, то должны обращать внимание на то, что сначала подсознание накапливает информацию, а после начинает оказывать свое воздействие на сознание. Причем таким образом, что мысли, рождаемые в психике индивида, такой индивид понимает как мысли уже свои. В этом еще одна эффективность манипулирования, когда полученные от кого-то установки через время вдруг выдаются за свои собственные. А что касается каратэ, то в 90-е годы, когда запрет на преподавание этого «боевого» искусства в нашей стране был снят (сам запрет каратэ дополнительно сыграл на руку в деле популяризации каратэ), массы в активном порядке хлынули в залы. И в одном клубе могли заниматься сотни а то и тысячи. Но прошло какое-то время, народ подсознательно и сознательно стал сравнивать каратэ с другими единоборствами, и миф об эффективности каратэ постепенно отпал сам собой. А на первый план вновь вышли те единоборства, которые существовали в нашей стране при Советском Союзе — бокс и борьба, исключительная эффективность которых проверяется ежедневно на рингах и борцовских коврах мира.

Как мы уже заметили, в вопросе ведения информационно-психологических войн  важную роль играют средства массовой коммуникации, информации и пропаганды. Именно с помощью применяемых ими технологий СМИ оказывает идеологическое, политическое и моральное вмешательство в психику масс, то есть уже следует говорить о духовной экспансии в сознание масс. Подобные средства, используемые системой массовой коммуникации, являются разрушительной силой для сознания, формируя стереотипы поведения масс в тех или иных жизненных ситуациях.

В вопросе информационно-психологического воздействия на массовое психическое сознание следует заметить, что несмотря на то, что методы подобного рода воздействия отличаются в мирное и в военное время, в целом их объединяет одно: целенаправленное воздействие на массы с целью дезориентации общества и уничтожения существующих раннее в таком обществе моделей поведения (стереотипов), а также навязывание установок уже своих. Причем основой атаке в таких случаях подвергается подсознание (или бессознательное) индивида и масс, потому как процессы, происходящие в сознании, вскоре начинают оказывать влияние на подсознание. Поэтому добившись закрепления в подсознании устойчивых механизмов отреагирования на тот или иной сигнал (паттернов поведения), можно с легкостью программировать таким образом поведение как индивида так и масс. Поэтому можно говорить о том, что в большинстве случаев то, что войдет в подсознание индивида сейчас, будет моделировать его поступки как в ближайшее время, так и через многие годы и даже десятки лет. В этом сила и роль подсознания. Поэтому знания о механизмах функционирования подсознания, знания о методах адаптации подсознанием получаемой информации и последующей трансформации такой информации в сознание, а значит и в поступки индивида, дают возможность управлять массами, а значит управлять и обществом. Любым типом общества, любой общественно-политической формации.

 
 
     
 
     
 
     
@Mail.ru